me4tatel писал(а): ↑Чт ноя 19, 2026 1:48 pm
Если у них БиЗ - это занудное и предсказуемое, зато ДА - образец высокой драмы
Справедливости ради, в приведённой цитате не сказано, что "Дикий ангел" - образец высокой драмы; там сказано, что в нём есть элементы фарса и есть элементы высокой драмы. Я не люблю этот сериал, но не вижу в такой оценке отступлений от истины.
В целом же позиция Ивановых по этому вопросу, как мне кажется, раскрыта в словах Павла в финале интервью:
Вообще эта уругвайская девушка - большое приобретение для аргентинского ТВ. Это примерно как с Шекспиром: до него была монументально-серьёзная, однообразная и довольно скучная драматургия. Благодаря Барду она ожила и "повзрослела". Так и с аргентинскими сериалами. До Орейро там тоже всё было "по-серьёзному". Это заметно даже по актёрам, которых мы знаем по другим сериалам. Рядом с Наталией они раскрепощаются, начинают импровизировать. Много хохмят и хулиганят - в хорошем смысле слова...
Судя по этим словам, они в принципе не считали удачными попытки аргентинцев снимать новеллы "серьёзно" (напомню, что интервью было взято почти четверть века назад, и они опирались явно только на те сериалы, какие видели сами), им оказалась более симпатичной комедийная эксцентрика с элементами драмы. Почему бы не существовать такому мнению?
"Богатых и знаменитых" я, кстати, люблю, но мне никогда бы не пришло в голову воспринимать этот сериал как серьёзную драму уровня "Ромео и Джульетты", или "Крёстного отца", или хотя бы "Спрута". Для меня это чисто развлекательный сериал вроде какого-нибудь "Мелроуз Плейс", и все те его особенности, которые, если судить по гамбургскому счёту, стоило бы записать в минус, меня тоже развлекают и поэтому идут в плюс. Но если бы я рассматривал его как серьёзную драму, оценка была бы наверняка другой.
me4tatel писал(а): ↑Чт ноя 19, 2026 1:48 pm
Тем не менее, покойный Антонио Гримао - один из мэтров не только аргентинского телевидения, но и кино, и театра.
Прежде всего, несмотря на категоричную формулировку "плохой актёр", речь шла о конкретной роли, а не обо всём корпусе работ артиста. Впрочем, Надежда Ерёмина (режиссёр, слова которой цитировал Иванов) могла помнить Антонио Гримау и по "Девушке по имени Судьба", над которой тоже работала. Но и в этом случае речь идёт только о двух ролях.
При этом Ерёминой всё же было с чем сравнивать: она ведь не только теленовеллами занималась, она работала в Главной редакции кинопрограмм ЦТ сначала ассистентом режиссёра, затем стала режиссёром озвучания, и во время всей карьеры имела возможность прикасаться к признанным шедеврам мирового кино не как обычный зритель, а как специалист, который должен был проникать в суть вещей.
Добавлю, что довольно странно ожидать от театральных актёров советской школы пиетета по отношению к теленовеллам в принципе. Они воспитывались в той парадигме, где жизнь артиста - это служение, причём искусству, а не зрителю. В нашей киношно-театральной среде всегда было принято относиться с пренебрежением даже к большому зрительскому кино - что к Гайдаю, что к Спилбергу; соответствующее отношение и к сериалам.